История чугунного дела в Петрозаводске

Основанный Петром I пушечно-литейный завод Петровский на славу послужил не только военному делу. Вместе с другими Олонецкими заводами он принимал участие в строительстве и украшении северной столицы — Санкт-Петербурга: «его оград узор чугунный» отливался именно из карельских руд в Олонецкой губернии.

Чугунное литье Олонецких заводов

В 1724 году известный экономист Петровской эпохи Иван Посошков рекомендовал за продажу чугуна «на домовое строение» брать с торговцев штраф, как за попытку сбыть ненадежный материал. (Чугун — довольно хрупкий материал в строительном отношении.) Однако уже в эти годы для строительства новой столицы Олонецкие заводы (и прежде всего Петровский) выполняют разнообразные изделия как из железа, так и из чугуна. Наиболее распространенными были заказы на крышечные чугунные доски, фонтанные трубы, печи, печной прибор. Чугунные «штуки» использовались и в мостостроении, например в строительстве Адмиралтейского моста. Однако большая часть отливок поступала на строительство дворцов (в том числе и пригородных резиденций царя). Один только светлейший князь А. Д. Меньшиков к 1722 году заказал для своих строений так много «железных штук», что его долг перед Петровским заводом исчислялся тысячами.

Кроме чугунных отливок при строительстве Петербурга широко использовалась проволока, поставляемая Олонецкми заводами — из нее выполняли декоративные ограждения в дворцовом строительстве.

«Чугунная революция» Карла Гаскойна

Однако особое распространение чугунное литье получило в конце XVIII — начале XIX века. В 1774 году в Петрозаводске был пущен Александровский завод, а в 1786 году на службу в Россию из Европы был приглашен шотландец Карл Гаскойн — известный в Европе специалист по изготовлению чугуна, назначенный на должность директора Александровского и Кончезерского заводов.

В октябре того же года на Александровском заводе была пущена первая доменная печь и отлита первая пушка. Впервые в России здесь применили чугунные воздуходувные машины: были установлены шесть самодувных печей, в которых привезенный из Англии каменный уголь раздувался непосредственно атмосферным воздухом. Отливка орудий производилась по технологии Жака Морица: отливались сплошные стволы и затем высверливались каналы. В цехах установили краны. В 1788 г. между двумя цехами — доменным и механическим — провели железную дорогу протяженностью 173 метра — «для таски пушек». Это была первая в России грузовая железная дорога. Из Англии при Гаскойне поставлялся каменный уголь, огнеупорная глина, кирпич и другие материалы. Заводы также выпускали боеприпасы: ядра, картечь; брандкугели (зажигательные снаряды), книпели (снаряды для разрушения мачт и парусных снастей).

Однако к концу XVIII века количество заказов на военную продукцию заметно уменьшились и решено было переключить заводы на мирное производство. В 1795 году Карл Гаскойн предлагает императрице Екатерине II создать при Олонецких заводах мануфактуру домашних поделок. Его программа действий опиралась на опыт англичан в литейном деле и включала разнообразный ассортимент изделий из чугуна, ориентированных прежде всего на столичный рынок и дворцовое строительство. Предполагалось широкое использование огненных (паровых) машин, которые не только могли работать в горнорудном и литейном делах, но и годились «для поднятия воды в бассейнах, на кровлях дворцовых для тушения огня в случае пожара», «для снабжения водой госпиталей, садов, фонтанов», для литья монет на Монетном дворе и даже для обработки драгоценных камней.

Вторым большим разделом программы Гаскойна было архитектурно-строительное направление в использовании чугуна. Это базы для колонн, пьедесталы, капители — «самой лучшей работы и которые могут быть лакированы, подведены под бронзу, крашены под мрамор и другими красками, будучи ценой не более половины мраморных». Из чугуна предполагалось выполнять нужные в садах инструменты, решетки, легкие мостики всех размеров, и также статуи, вазы, урны, канапе и т.п..

Самым большим разделом программы были «Вещи для хозяйственного употребления». Сюда входила кухонная утварь, разнообразная посуда, осветительные приборы, часы для церквей и многое другое. Особенно важным директор Олонецких заводов полагал поставку новых хозяйственных изделий в армию и на флот. Вредную для здоровья медную посуду рекомендовалось повсеместно заменить чугунною, в гарнизонах использовать паровые машины — «для молотьбы ржи, дабы каждый день свежая мука имелась…»

Программа была поистине революционной и предлагалась не только для Олонецких заводов: уже с конца XVIII века к ее реализации приступил Кронштадтский завод. Для подготовки специалистов для столь обширного производства Гаскойн предлагал открыть специальную школу или училище, «в коем бы национальные могли почерпнуть настоящие правила разных художеств и приобрести прямое знание во всех частях, касающихся до выработки чугуна».

Программа получила одобрение и заработала. Одним из первых проектов стало переоборудование временного предприятия для чеканки монеты при Государственном ассигнационном банке на Садовой улице в 1799 году. Гаскойн использовал огненную машину, отлитую на Александровском заводе и опыт предпринимателя Джеймса Уайтта, применившего в 1778 году энергию парового двигателя для чеканки монет.

«Его оград узор чугунный…»

Отдельного внимания заслуживает история отлитых на Александровском заводе петербургских мостов. За 2 года до приезда Гаскойна Екатерина II пригласила в Россию еще одного шотландского мастера — архитектора Василия Ивановича Гесте, впоследствии проявившего себя талантливым мостостроителем и активно сотрудничавшего с Гаскойном. Вместе они разработали технологию большепролетных перекрытий из чугуна, освоив их на основных транспортных магистралях Петербурга. Чугун в пять раз прочнее гранита — и это позволяло создавать сооружения иных пропорций, чем каменные, более изящные и легкие.

В 1806 году, сотрудничая с Александровским заводом, Гесте построил Полицейский (или Народный) мост — первый в столице чугунный мост, пришедший на смену деревянным. Архитектор предложил смелую идею конструкции моста: в виде арки, состоящей из отдельных секций, соединенных болтами. Свод моста упирался на каменные устои, рисунок чугунных перил был таким же, как решетки набережных реки Мойки (отлиты также на Александровском заводе). Сначала была изготовлена модель моста для испытаний. Отливка моста была произведена в Петрозаводске, а его открытие состоялась 14 ноября 1806 года.

Конструкция Полицейского моста оказалась весьма удачной и была утверждена в качестве «образцовой». Через некоторое время были заготовлены чугунные блоки для целой серии мостов через Мойку. Александровский завод принимал участие и в проектах по возведению других мостов в столице. Так в 1814 году были отлиты боковые доски, перила и прочие детали к Красному мосту, в 1816-м — к Поцелуеву мосту у Московской заставы.

Магазин Друри в Петербурге

С ростом заказов на чугунные отливки — как архитектурные, так и чисто бытовые — Карл Гаскойн открывает через комиссионеров в конце XVIII века два магазина — в Москве и Санкт-Петербурге. В Петербурге торговлю вел бывший работник Александровского завода Томас Друри. В магазине можно было приобрести чугунные бюсты представителей царствующего дома, знаменитых полководцев, писателей и поэтических деятелей. Кроме того, впоследствии можно было сделать заказ на отливку по имевшимся в магазине образцам: например, на львов, аналогичные тем, которые были отлиты для здания присутственных мест в Петрозаводске в 1858 году к приезду Александра II.

Такова краткая история участия Александровского завода в возведении Санкт-Петербурга. Надо сказать, что завод этот существует и успешно функционирует до сих пор, правда, называется теперь иначе — Онежский тракторный. В одном из парков Петрозаводска можно увидеть даже памятник 200-летия завода — огромную чугунную пушку, отлитую на нем.

По материалам газеты «Карелия», № 44 от 04 апреля 2004 года